Военный переворот в Турции остановлен. Что дальше?

Военный переворот в Турции остановлен. Что дальше?
Военный переворот в Турции остановлен. Что дальше?

В Турции продолжается операция против групп, которые пытались устроить в субботу поздно вечером государственный переворот, который закончился через несколько часов провалом. На данный момент задержано почти девять тысяч человек, а свыше 100 мятежников погибло, больше 1400 человек получили ранения.

Нескольких генералов и почти 30 полковников отстраненно от выполнения обязанностей. Как отмечается в заявлениях турецкой власти, попытка переворота была осуществлена террористической организацией Фетхуллаха Гюлена (FETO).

Между тем, в зарубежных СМИ звучит критика в адрес действий турецкой власти, особенно на новость об освобождении от должности почти трех тысяч судей.

«Турции нужно национальное согласие, а не репрессии», пишет Financial Times. Другое британское издание Daily Telegraph считает: «Эрдогану нельзя отступать от демократии».

«Демократия спасена. Теперь нужно встать на защиту прав человека. Военная диктатура — одна из худших форм правления. Однако выборная диктатура ничем не лучше, и явная опасность заключается сегодня в том, что Турция все более склоняется к подобной форме государственного правления», — предостерегает Guardian.

16 ИЮЛЯ 2016 ГОДА. СТАМБУЛ. ПРЕЗИДЕНТ РЕДЖЕП ТАЙИП ЭРДОГАН ОБРАЩАЕТСЯ К НАРОДУ ПОСЛЕ ПОПЫТКИ ПЕРЕВОРОТА. ТУРКИ ЕГО ПОДДЕРЖАЛИ, И ТЕПЕРЬ ВОПРОС, СОХРАНИТ ЛИ ОН НАСЛЕДИЕ АТАТЮРКА, КОТОРОЕ ГАРАНТИРУЕТ СВЕТСКИЙ ХАРАКТЕР ГОСУДАРСТВА / ФОТО РЕЙТЕР

«Провал путча в Турции не защитил демократию. Он поставил на ней крест. Эрдоган последовательно и настойчиво нарушает принципы правового государства, прав человека и независимость законодательной власти», — пишет Times.

Журналисты газеты «День» обратились к исполнительному директору Центра Ближневосточных исследований Игорю СЕМИВОЛОСУ с просьбой прокомментировать развитие событий в Турции после неудачного военного переворота и рассказать, как это повлияет на развитие демократии в этой стране.

В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ МЫ БУДЕМ НАБЛЮДАТЬ ЗА ОГРАНИЧЕНИЕМ ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ ПРОЦЕДУР»

Тот, кто применяет насилие во время военного переворота, разве не рассчитывает, что после его провала против него не будет применено насилие. А при успешном перевороте военные не разбирались бы, кто есть кто, а арестовали бы всех, кто дышал в лицо Эрдогана. Разве это впервые происходило здесь.

— Ситуация здесь плохая в любом варианте. Турция пройдет очень тяжелый этап таких репрессий и, очевидно, здесь будет поставленная точка на Второй республике.

Первая республика является замыслом Ататюрка, и она в чистом виде дожила до 1960 года, после чего происходили перевороты, которые были более-менее успешными. В 1980-х годах началась мягкая демократизация, благодаря чему Турция в значительной степени изменилась, возникли новые социальные классы и слои. Благодаря демократизации экономика раскрылась, и турки получили возможность зарабатывать. И в результате этого в конечном итоге пришел к власти Эрдоган.

И теперь на этом компромиссе, который существовал между кемалийским наследием и новым социальным порядком, который возник в Турции, была поставлена точка данным военным переворотом.

Следовательно, наступает период Третьей республики, и какой она будет никто не знает. Ведь многое делается на ходу без подготовки. Я знаю, как минимум, многопартийная система останется, но кемалийска республика умерла. А что дальше будет, никто не знает

Понятной и абсолютно справедливой является критика Эрдогана за то насилие, которое он будет предпринимать против своих оппонентов. А он точно обвинит своих оппонентов во всех грехах.

Можно ли утверждать, как пишет Times, что провал путча в Турции не защитил демократию, а ставит на ней крест?

— Думаю, что нельзя. Это намного более сложный процесс, чем просто очень грубая формула. Во-первых, одно дело, когда идет речь об обществе, в котором существуют социальные классы и группы развитые, и где, существует три-четыре слоя: условно говоря, попы и руководители, войско и крестьяне, и какая-то буржуазия.

А когда идет речь о солидном среднем классе, который является очень консервативным, как это имеет место и в Европе, разве от этого погибает демократия. А в Турции как раз никто не запрещал оппозиционные партии, которые имеют своих представителей в парламенте. Есть люди, которые голосуют за оппозиционные партии. Более того, ни одна партия в Турции не поддержала военный переворот.

В то же время с запада можно услышать голоса в поддержку переворота. Будто там лучше знают, что нужно туркам, и хотят военных на улицах. Они просто боятся ислама.

Как вы прокомментируете утверждение многих политиков и обозревателей о схожести Эрдогана и Путина?

— Все сравнения хромают. Эрдоган, как любой авторитарный, харизматичный лидер, похож на Путина. У турецкого лидера есть электорат, который его поддерживает и который он умеет завести. Эрдоган играет на разных фантомных болях исламистов. Он — популист, чувствует людей, знает, что сказать и так же, как Путин, это очень мощное «политическое животное». Но нужно сказать, что Эрдоган за время своего правления создал институты в государстве, большинство которых имеет европейское наполнение.

Не следует забывать в наших анализах, что Турция — это мусульманская страна, и ислам там всегда будет играть важную роль. Более того, ислам всегда является частью повестки дня. И как можно вообще в этой ситуации делать такие выводы и видеть только одну сторону медали, что военные пришли, чтобы остановить исламистов. Но это огромные массы людей, которые в известной степени вдохновляются исламом. Все разговоры о демократии, защите меньшинств, — это замечательно. Но здесь нужно учитывать, что мы имеем дело не с какой-то абстрактной страной, а с Турцией, у которой определено политическое наследие и определены политические, управленческие и религиозные традиции.

Что касается российской фактора, то, условно говоря, внутренняя дестабилизация в Турции, конечно, на руку России. Потому что слабая страна искала бы поддержки, в том числе у россиян. Ведь Запад бы однозначно сказал «нет» и не принял бы переворот. С другой стороны, разговоры о возобновлении смертного наказания, я считаю, популизмом.

Если бы был переворот, то точно никакой демократии не было. Но в любом случае мы будем наблюдать за ограничением демократии и демократических процедур. Уже нельзя вернуться к ситуации, которая была до субботней ночи, и сказать, что ничего не было. Во-первых, народ не даст и, во-вторых, политики не пойдут на это.

Турецкая власть заявляет, что за переворотом стоит террористическая организация Фетула Гюлена, который проживает в США, и теперь Анкара требует его выдачи. Вашингтон со своей стороны заявляет о необходимости предоставления доказательств в подтверждение таких обвинений. Это, по вашему мнению, отвечает действительности?

— Гюлен — это, условно говоря, Троцкий, который сидит за рубежом и всем делает вред. Я бы на месте Эрдогана оставил его в США и продолжал бы на него вешать всех собак. А что касается доказательств для выдачи Гюлена, то их нет. Гюлен действует по принципу масонской ложи, деятельность которой скрыта и который, по версии власти, якобы коварно и тайно постоянно расставлял своих людей в органах власти и безопасности.

Эрдоган хорошо знает о деятельности такой разветвленной сети сторонников Гюлена, и, по его мнению, эта сеть является угрозой для него. Поэтому он действует, осознавая, что в стране существует структура, которая не имеет никакого отношения к нему и решения которой принимаются где-то в другом месте.

Гюлен всегда помогал одаренной молодежи получать образование и потом помогал устроиться на работу. И те, кто прошли школу Гюлена, как правило, становились членами его братства. Другой вопрос, оставались ли они ему преданными через пять-десять лет.

Как вы прокомментируете реакцию украинской власти на неудачный переворот в Турции, насколько она была адекватной?

— Хорошо, что сразу решили усилить охрану аэропортов. И таким образом, возможно, поймут, где у нас есть пробелы. С другой стороны, нужно наших украинских политиков серьезно предостеречь, чтобы они не несли бред в связи с событиями в Турции. Меня особенно раздражает то, что они пытаются «натянуть» турецкие события на украинские реалии.

НЕ ДУМАЮ, ЧТО ТУРЕЦКОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО БУДЕТ ДАЛЬШЕ ПОДРЫВАТЬ ДЕМОКРАТИЮ»

Эмре КАЗИЛКАЯ, Hurriyet, Стамбул:

Сейчас в Турции ведутся дебаты оставаться ли государству светским как это было до сих пор, с распределением власти, верховенства права, плюрализмом, или ему следует двигаться в направлении исламизации. Перед правительством выбор: использовать этот путч как повод для подрыва демократии в Турции, перейти к полной президентской системе, без сдержек и баланса власти, без верховенства права или продолжить движение демократическому пути. Я думаю, что в правительстве видят: лучше интересам большинства людей отвечает вторая опция.

Но это требует систематического подхода. Кое-кто в стране говорит, что правительство ухудшает демократический климат, а такие, как я вижу в последних месиджах премьер-министра Бинали Йылдырым примирительные жесты, в частности его слова, что мы увеличим количество наших друзей внутри страны. И если это материализуется в делах, то это приведет к лучшей Турции.

Я оптимист, не думаю, что турецкое правительство будет в дальнейшем подрывать демократию. Хотя было не просто, но все люди и парламентские партии выступили против мятежа. И тогда почему дальше настаивать на таких вопросах, которые разделяет общество, в частности переход к президентской системе, предоставление гражданства всем сирийским беженцам. Ведь большинство избирателей правящей партии АР выступают против этого. Нужно вынести эти вопросы на референдум. Турки быстро забудут о путче и снова будут думать рационально. И поэтому для правительства будет нелегко сделать то, что он хочет без широкой поддержки народа.

Я НЕ ВИЖУ ОСНОВАНИЙ СЧИТАТЬ, ЧТО ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЭЛИТА СТРАНЫ НАМЕРЕНА ОТСТУПИТЬ ОТ ДОСТИЖЕНИЙ ПРЕДШЕСТВЕННИКОВ»

Сергей ТУРЯНСКИЙ, посол Украины в Турции:

В Турции достаточно прочные традиции демократии. В прошлом, в течение последних 50 лет перевороты происходили четыре раза, и каждый раз возникал вопрос о дальнейшем развитии страны. Но в целом Турция оставалась на пути демократического развития, даже если происходили определенные периоды автократии. Я не вижу оснований считать, что политическая элита страны намерена отступить от достижений предшественников. Демократический путь развития — это не просто слова или доктрина, это множество политических и экономических связей с Европой, которые касаются жизни практически каждого турка. Правительство правящей партии и лично президент Эрдоган является демократически избранной властью страны, уверен, что они будут действовать даже в сложных условиях настоящего в правовых рамках.

Что касается места ислама или идеологии кемализма в жизни страны, то это является внутренним делом турецкого народа.

Делать сегодня выводы или прогнозы — неблагодарное дело. Необходимо посмотреть на развитие событий. Сейчас происходят масштабные аресты, расследования, начинаются судебные слушания по попытки переворота. Думаю, справедливо будет подождать том, как будет происходить дальнейшее развитие событий.

Автор: Мыкола СИРУК, «День»